“Лука Мудищев“ Список середины XIX века самого знаменитого произв. потаённой литературы. Барков 18+
представляет рассказ о списке середины XIX века самого знаменитого произведения русской потаённой литературы, самой скандальной поэмы, приписываемой Баркову “Лука Мудищев“. 18
....
Текст нашего рукописного списка очень близок, но не идентичен изданию 1992 года (И. Барков «Девичья игрушка», С.-Пб, 1992).
Показательно, что строка «и уже еблею обычной» в нашем списке имеет такую редакцию: «И еблиматикой обычной…» (с. 6). Не этим ли словечком величали «математику» между собой воспитанники какого-нибудь закрытого учебного заведения?
Ещё более интересно, что в нашем списке (с. 26) к родословной Луки прибавлена следующая строфа о Льве Мудищеве, бывшем «в случае» при Екатерине:
Он был в сраженьях изувечен,
Все пальцы рук он потерял,
Императрицей был отмечен,
Ей хуем двери отворял.
Этого четверостишия нет ни в издании 1992 г., ни в книге «Под именем Баркова. Эротическая поэзия XVIII – начала XX века». Сост. Н. Сапов. М.: «Ладомир», 1994.
Но наиболее замечателен эпилог нашего списка (сс. 37-38). В нём есть не только строки, упоминающиеся в сборнике «Под именем Баркова» и отсутствующие в издании 1992 г., но и ещё одно, последнее четверостишие, которого нет ни в одном из известных нам списков.
Если тебе: читатель милый
Есть время по Москве блуждать
Моих героев трех могилы
Легко ты можешь отыскать.
В конце кладбища у забора
Есть ива старая, - стоит
Она вдали крестов и плит
Как бы стыдясь людского взора.
Они лежат под этой ивой,
Никто над ними не грустит
И только ветер шаловливый
Листвой порою шелестит.
Елда ж, виновница их смерти,
Была низвержена во ад;
Где по субботам ею черти
Секут ленивых бесенят.
Именно к этим последним строкам и последняя иллюстрация: изображение экзекуции чертей. По нашему мнению, этот эпилог придаёт особую художественную ценность поэме; он сродни басенной морали. Кроме того, он пристёгнут не искусственно, а отсылает к следующим серединным строкам, описывающим главное достояние дворянина Луки Мудищева:
У жеребца и то короче.
Ему не то, чтоб баб скоблить,
А впору (сказано не к ночи)
Такой елдой чертей глушить.
Кажется разумным для начала остановиться на особенностях орфографии списка. Озорник, столь любовно записавший непристойную поэму, был грамотным человеком (хорошо грамотным, как выражались советские чиновники двадцатых годов).
Барков
1 view
54
12
6 months ago 01:14:35 1
“Член ты мой опавший“ 1971/Касета/Аркадий Северный